Потенциал травмы для психики: зачем это со мной случилось? Постановкой этого вопроса мы возвращаемся к нашей первой теме: трагедия Софокла "Эдип" с точки зрения травмы и "спор" человека с роком или богами о происшедшем с ним трагическом событии. Мы рассмотрим трактовку Андре Грином известного клинического случая Фрейда "Человек с волками" ("Человек-волк"). Рассмотрим трактовку Андре Грином известного клинического случая Фрейда "Человек с волками" с точки зрения таких важнейших для травмы понятий как: Апре-ку; Темпоральность бессознательного; Беспомощность; Реконструкция; Историческая правда; Сцена соблазнения; Травматический След. Короткая и емкая статья Андре Грина подводит итог исследованию травмы в нашем семинаре о французском психоанализе и ставит новые вопросы: Понимание случая Человека с Волками открывает совершенно новые перспективы в психоанализе травмы: Благодаря концепции последействия и совершенно новой концепции времени мы сталкиваемся с двух-сторонней направленностью психики: в прошлое и будущее одновременно; Понятие связи, заменяющих принцип удовольствия и важность ранних травм; Воссоздание исторической правды не столь важно, сколько правда субъекта, которая в конструировании своей исторической правды, прожитого и усвоенного опыта; Важнейшая структурирующая роль сцены соблазнения, которая будет повторяться в истории субъекта неоднократно (я к вам пришел, а вы меня не приняли); Все, что случилось с субъектом, меняет его жизнь и психику, все регистрируется - желаемое и не желаемое. Стереть память невозможно, она живет и она оживает, более того, психика хочет ее оживлять бесконечно. В статье Цезаря и Сары Ботелла "Травматический невроз и психическая согласованность" мы подведем мета-психологические итоги по травме: является ли травма-невроз неудачей психических неподготовленных структур или противоположностью неврозов переноса. Авторы считают, что травма-невроз становится вопросом потенциальности и роста для всех структур, поскольку "травматическая возможность лежит в основе инфантильных желаний и влечений". Динамика травматического невроза — это не простое повторение, пассивно переживаемое Эго, Эго активно участвует в ней. Клинический случай клиента Ботелла с кошмарными сновидениями и его анализ позволяет постичь топику кошмара и травмы: неспособность связать переживаемое хоть с какими либо репрезентациями. Мы приходим к выводу, что травма – это отсутствие подходящих репрезентаций для аффекта и неспособность их найти или создать. Кошмар является попыткой репрезентации травматического воспоминания (события исключительно внутреннего содержания, а не внешнего, если мы говорим о раннем детстве). "В основе движения желания (влечения) лежит травматическая сердцевина, биологическая потребность, переживаемая как дистресс. Природа любой психической активности имеет одинаковый травматический потенциал". Мероприятие проводит: Куликова Марина Геннадиевна - клинический психолог, групп - аналитик, психоаналитик, специализируется на теме: тело-вес-еда у женщин и мужчин. Расстройства пищевого поведения у детей и взрослых. Тревожные и депрессивные расстройства. Проблемы отношений в паре мать-ребенок.
